hugan

Categories:

бессвязно

все-таки буду сюда дублировать некотороые собственные комменты: может получиться какое-нибудь неочевидное обсуждение.
пока читал вот тут статью про рыцарей на белом коне, сообразил, что именно в детстве огоражвивало меня от идентификации с героями, вообще героизации/романтизации, по крайней мере, нащупал один из факторов: была такая ужасная максималистская (советская, видимо, по происхождению) установка на долженствование самопожертвования и "готовность к подвигу": "а ты лично смог бы?" (ну, в примеры обычно приводятся партизаны на допросе, мальчиш-кибальчиш и пр и пр). И поскольку ответ был неопределен и непроверяем, и в особенности потому, что проверять совсем не хотелось (а без такой проверки личное достоинство так или иначе оставалось в какой-то степени под сомнением) - я невольно тематики геройства избегал.

Интересно то, что эта явно разрушительная и манипулятивная установка, стимулирующая чувство вечно неоплатного долга и "самурайской" рыцарственной безусловной готовности к личной жертве, дала (по крайней мере в моем случае) неожиданный побочный эффект: изоляцию от архаики и архетипов, ускоренный переход от (более или менее архаических) ролевых стереотипоы в негероическую, более живую, реалистичную и сложную область эмпатии и гибкости, как в Улиссе Джойса.

Вот автор статьи говорит, как она в детстве стремилась найти в Одиссее, герое более сложном и менее героическом, старые наивно-геройские черты, и в конце концов их туда вчитала.. А мне кажется, что именно уход от этих геройских черт и составляет самое интересное, он и составляет содержание как культурно-исторического развития, так и индивидуального роста ребенка..

Впрочем, может быть я тут не так и прав, может быть, всему свое время, каждому возрасту своя сложность, которая должна быть изжита и исчерпана.. даже если она откровенно архаична.. Не знаю. Архаика жестока. Романтизация прикрывает эту жестокость некоторой дымкой, но это, мне кажетс, только хуже..

А вообще — как же здорово прожить треть столертия, прокатиться хоть полкруга на этой карусели и увидеть своими глазами, как все меняется, из каких материй состоит культура, культурные нормы, общепринятость, идеи, которые люди повторяют за газетами и плакатами, или впитывают с молоком матери.. Раньше для меня 100 лет истории было огромным необозримым куском, о нравах людей на другом конце которого почти невозможно было судить, какие мемуары ни читай.. (и, кстати, Пастернак в Охранной, кажется, грамоте говорил то же самое). Другой язык, другая сложность, другие допущения по-умолчанию, то есть видно, что другие, и можно даже реконструировать, но вот лично ощутить — не получается. А теперь — вот, я проехал треть столетнего оборота истории, и становится лично заметно, как меняются люди и мнения, образ жизни. И это экстраполируется вдаль. Десятилетия становятся понятными кусками истории, которые есть с чем сравнить в реальности. «Эпоха Большого Террора» перестает быть ужас-ужас в коммунальных квартирах, пропахших салом и жильем (как бы опасаясь увидеть в каждом подъезде по стукачу). Пламенная критика Белинского перестает быть бронзовой-классикой. Более того, начинает быть понятным, из чего состоит «что мог бы Бог ему прибавить // ума и денег». Отваливается вот это деление эпох, внутри которого казалось, что средневековье это тотальная грубость и нечистота, а до эпохи электричества словосочетание «блеск большого города» означало что-то совсем другое (чтобы прочувствовать это, я однажды специально вник в тему газовых фонаряей разных систем, оказалось очень красиво, по цвету ближе к белому, к светодиодам, наконец-то сменяющим ужасный оранжевый рыхлый свет натриевых ламп, котороый одновременно светит и не светит, как под землей, и от которого ночные облака над городом так клочковаты и больны; а то вот читаешь в книге про Газовый Рожок На Стене — а как это выглядело, каков был бессысленный и тусклый свет?). Появляется связность, впервые так поразившая меня некогда в Италии: ты идешь по камню, и непонятно и, главное, не столь важно, какого он века, потому что века куда сильнее похожи, чем отличаются.

В общем, едем дальше. Говорят, скоро будет новый Таин-Пикс. Здорово. Для меня он как раз про изменения.

А еще стереоскопии добавляют прошлые ожидания, то, как не угадали старые представления о будущем, как в советской научной фентастике 21й век имел какой-то совсем другой, просторный и, может быть, пресный, как новый микрорайон, вкус. вдруг репродуктор говорит: // В ТАЙГЕ УПАЛ МЕТЕОРИТ .. // вот ты идешь, а он летит, вот ты бежишь, а он летит, вот ты упал, А ОН ЛЕТИТ.. // тогда ты говоришь друзьям, простившись со столицей: я не приду сегодня к вам (гуадеамус, книги, красивый белый самолет над такой же красивой зеленой Москвой), // Я СРОЧНО УЛЕТАЮ САМ // с одной из экспедиций



Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded